Читаем стихи

Марина — Тарас Шевченко

Как гвоздь в груди кровоточащей,
Марину эту я ношу.
И написал бы о пропащей,
Так что ж? Сказали б, что грешу,
Что это я по злобе вящей
Такое про господ пишу,
Про то, как душу баре тешат…
Сказали бы, что дурень брешет, —
Ведь сам он крепостной,
Необразованный, простой.
Но, видит бог, мужик не брешет;
Стыдиться ль мне, что я не пан?
Но стыдно мне, стыд сердце гложет
За просвещенных христиан.
Зверь сотворить того не может,
Что вы, кладя поклоны,
Творите с братьями… Законы
Писали палачи за вас…
А вам-то что… Вы в добрый час
Спешите в Киев, чтоб получше
Грех замолить на всякий случай
У схимника!..
И то сказать, —
Что плакаться буду!
Ведь уже мне не увидеть
Ни добра, ни худа,
А кому, скажу, не видеть,
Все тому едино…
Так спеши ко мне скорее
С милой Украины,
Моя дума пречистая, —
Прилети, поведай,
Верная моя подруга,
Q Марине этой:
Что у пана злого с нею,
С беднягою, сталось.
Да шепотом, чтоб чужие
Люди не дознались,
А то скажут, что мы грабить
На дорогах стали…
И сошлют еще подальше —
Поминай как звали…
…На днях в краю одном
Справляли свадьбу всем селом,
А из костела ехал
Приказчик, пан — кто разберет!
Сменялся пляской хоровод,
За гиком да за смехом
Никто не видел, как проехал
Тот управитель остроглазый.
А он, проклятый, сразу
Приметил молодую!
Что ж не придавит небосвод
Дрянную тварь такую,
Как этот лях! Второй лишь год,
Как он с немецкими плугами
Худым приехал из худых
Сюда, а девушек простых
Пустил по свету с байстрюками
Немало, хоть женат… К тому же
Имеет миленьких таких
Двух деток — вылитых
Двух ангелочков. Встретить мужа
Выходит пани молодая,
За ручки деточек ведет.
А пан из брички вылезает,
Слугу за новобрачным шлет,
Потом детей своих ласкает,
Жену, голубку молодую,
Три раза, бедную, целует.
Беседуя, домой пошли.
Злодей не ожидает кары.
Вот молодого привели
(Из-под венца — в гусары),
Наутро в город отвезли,
Да и забрили в москали!
Вот так, не долго размышляя,
У нас порой кончают!
А молодая? Что ж без пары
Растратить ей судил господь
Красу и молодость? Как чары,
Распалось все и растеклось…
Так что же, вновь ей довелось
Батрачить? Нет, не
Довелося! —
При пане место ей нашлося.
Уж не Мариною зовут
Ее — Марысей, не иначе…
Всплакнуть сердешней не дают,
Она ж забьется в угол, плачет,
Чудная! Жжет ее печаль,
Ей мужика простого жаль.
А оглянулась бы, вгляделась —
И рая бы не захотела:
Чего угодно пожелай,
Всего дадут, да и помногу.
«Не надо, скажешь, мне, убогой,
И в хате рай…» И не мечтай,
Самой смекнуть об этом можно…
Смотри, как ходит жеребцом
Вокруг тебя сам пан вельможный:
Как хочешь — худом иль добром, —
А будешь панскою роднею,
Хоть в петлю полезай!.. С мольбою
В панские палаты
К пану мать ходила.
Бить велел, проклятый,
Гнать старуху силой…
Что тут делать было?
Рыдаючи, в село пошла.
Одна лишь доченька была —
И та погибла…
Как ворон в поднебесье крячет,
Суля дожди и неудачи,
Так я про слезы да печаль
О тех — без племени, без роду —
Пишу, хотя кому их жаль?
И слезы лью без счету.
Мне жаль несчастных! Боже милый,
Даруй словам святую силу —
Людское сердце пробивать,
Людские слезы источать,
Чтоб милость душу осенила,
Чтоб тихая легла печаль
На их глаза, чтоб стало жаль
Моих дивчаток, чтоб учились
Путями добрыми ходить,
Святого господа любить
И брата миловать…
Насилу
Домой старуха дотащилась;
Цветы — за образом святым,
И на окне стоят цветы,
На стенах красками кресты,
Как будто добрая картина,
Понамалеваны… Марина!
Марина это, все она.
И нет Марины, мать — одна!
И поплелась она из хаты,
Чтоб вновь на барский дом проклятый
С пригорка глянуть: подошла
К хоромам, подле тына села
И всю-то ноченьку сидела
И плакала! Вот из села
Отару пастухи погнали,
А мать сидела и рыдала;
Уже и солнышко взошло,
Зашло, и сумерки сгустились —
Все не идет она в село,
Сидит под тыном… Гнали, били,
Собаками ее травили,
Сидит — и все тут…
А Марина в платье белом
Невестой Христовой
Плачет под замком, возносит
К всеблагому слово.
Никому войти в светлицу
Пан не позволяет,
Сам ей пить и есть приносит.
Просит, умоляет,
Чтобы на него взглянула,
Чтоб утерла очи…
И взглянуть она не хочет,
Пить и есть не хочет.
Приступиться к ней не может,
Бесится, проклятый.
А Марина вянет, сохнет
В палатах богатых.
Уже лето миновало,
Зима наступила,
А Марина сидит себе,
Все слова забыла
И уже не плачет даже…
Вот так втихомолку
Пан допек ее, а все же
Не добился толку.
Хоть зарежь ее — упряма,
Горда не по чину…
Поздно вечером зимою
Глядела Марина,
Как за черным лесом в небе
Красною бадьею Луна всходит…
«И я тоже Была молодою», —
Прошептала, задумалась,
А потом запела:
«Хата — что палаты.
Гости пришли в хату,
Расплетали косы,
Ленты вынимали,
А пан просит сала,
А черт хлеба просит.
А гуси, гусята
В теплый край куда-то
За море стремятся!..»
Собаки лают, злятся,
Гогочут на дворе псари,
А пан побагровел, горит
От ярости, идет к Марине,
Как Кирик пьяный…
А у тына,
Не чуя стужи, мать Марины,
Как в хате, знай себе сидит.
Совсем старуха одурела,
Мороз от ярости трещит,
Луна из красной стала белой,
С опаской сторож в било бьет —
Не потревожить бы господ…
Ан глядь, хоромы запылали.
Пожар! Пожар! Повырастали
Тут люди — как из-под земли.
А может, здесь они росли,
Как будто волны, прибывали
И не напрасно удивлялись! —
Ведь было видно людям тем:
Марина, голая совсем,
Со старой матерью плясала
Перед хоромами и — страх! —
Запела вдруг, держа в руках
Нож окровавленный…
«То не та ли, кумася,
Так разубралася!..
Как была я пани,
Ходила в жупане,
Паны увивались,
Руку целовали!»

(Матери.)

«А вы с того, должно быть, света,
Марину обвенчать пришли?
Уже мне косу расплели,
Да пан приехал… Гуси это!
Совсем не гуси, а паны
Летят в края, где стужи нету, —
Их в пекле ждут у сатаны.
Гей, тега-тега! Слышишь?
Слышишь? Все церкви в Киеве звонят.
Смотри, а там огонь горит,
А пан лежит себе, читает
И просит пить… А ты не знаешь,
Ведь я зарезала его?…
А он, хоть обгорел, хохочет…
Смотри, — вон, на трубе!.. Чего,
Чего глядит, как будто хочет
Сожрать тебя! Мать, берегись!
На, выкуси, на, подавись!»

(Показывает кукиш и ноет.)

«Я москалика люблю, —
Даже сердце веселю!
Москали, москали
Юбок нам навезли,
Барчуки —
Денежки,
А сыночки поповы —
Ожерелья, обновы!..
В колокол бей!
Тучи развей,
Неси яром
К злым татарам,
А солнышко — к христианам!
В колокол бей!»

Мать

Мариночка, пора домой!

Марина

Пора домой, ведь завтра рано
Мне надо в церковь: глянь, поганый
Вновь лезет, тянется за мной,
На… выкуси!..

Мать

Пора домой.

(К людям.)

Ой, люди добрые, спасите!

Марина

Берите же меня, вяжите,
Скорее в дом ведите к пану!
А ты не хочешь разве глянуть,
Какою панною Марина
В палатах под замком сидит?
Как гибнет, гибнет неповинно,
Как вянет, сохнет беспричинно
Твоя Мариночка…
(Поет.)

«Ой, тега-тега, серые гуси,
Тега, на Дунай!
Повязала головоньку, —
Теперь думай да гадай».
И пташкам воля в чистом поле,
И пташкам весело летать,
А я завяла в злой неволе.
(Плачет.)

Мне ожерелье бы достать,
Да и повеситься… Иначе
Теперь беда… хоть утопись!
Чего же ты, голубка, плачешь?
Не плачь, родимая, вглядись,
Здесь я, Мариночка твоя!
Взгляни-ка: черная змея
Ползет по снегу… Захочу,
На юг, как пташка, полечу,
Ведь я уже кукушкой стала…
А на побывке он и не был?
Убили, может, на войне?
А знаешь, что приснилось мне?
Что в небе днем луна сияет,
А мы над морем с ним гуляем.
И вдруг гляжу — не понимаю:
Все звезды покатились в воду,
Лишь одинешенька-одна
Осталась на небе, а я-то,
Как бы рассудка лишена,
Бреду, ищу в Дунае броду,
В лохмотьях с байстрюком бреду:
Смеются люди надо мною,
Зовут покрыткой и чудною…
И ты смеешься, а я плачу,
Да нет, не плачу, хохочу…
Взгляни: сейчас я полечу,
Ведь я сова… —
И замахала,
Как будто крыльями, руками
И тотчас убежала прочь,
Завыв, как волк в глухую ночь.
Заковыляла мать за нею,
За дочкой бедною своею.
Все баре смерть в огне нашли,
Изжарились, как поросята.
Сгорели белые палаты,
А люди тихо разошлись.
Марины с матерью не стало.
Уже весной, когда пахали,
Два трупа на поле нашли
И на кургане закопали.

Читать другие стихи этого автора
Что же мне так тяжко
Что же мне так тяжко? Отчего так больно? Что...
Проходят дни, проходят ночи
Проходят дни, проходят ночи, Проходит лето. Шелестит Лист пожелтевший;...
Ревёт и стонет Днепр широкий
Ревёт и стонет Днепр широкий, Сердитый ветер листья...
Цари
Сестрица бога Аполлона! Когда б случайно вы хоть...
И мертвым, и живым, и нерожденным
И мертвым, и живым, и нерожденным землякам...
Песни
I. На горе стоит калина, Под горою козачина И, тоскую...