Читаем стихи

В юности мне ставили в вину — Римма Казакова

В юности мне ставили в вину
что мои стихи — всегда печальные.
Про любовь — как будто про войну,
про её несчастья изначальные.

И гудел цех мамин меховой,
мол, девчонке было всё говорено:
и отец с войны пришёл живой,
и своей копейкой трудовой
мать такую дошку ей спроворила!

Я хочу приблизить эту даль.
Странно, неуютно, непонятно:
отчего в стихах моих печаль,
а на юном солнце — что за пятна?

Вспоминаю: кончилась война,
но меня лишь смутно грело это.
Я была привычно голодна,
зла, плаксива, кое-как одета.

Нет в душе к тем ярким временам
громкой благодарности плакатной.
Да, отец вернулся. Но не к нам —
а к своей возлюбленной блокадной.

Нас он мимоходом навестил,
чемодан закинул тряпок, снеди…
И ушёл. А мать слегла без сил
и в слезах шептала: «Дети, дети!..»

Ликовал народ: повержен враг!
А для нас был день совсем не сладок.
После всё слепилось кое-как.
Здравый смысл вернул в семью порядок.

Так и жили. Нагрешили? Что ж…
Выправили всё, что наломали.
Если замутила душу ложь,
то повинна в этом я сама ли?

А потом пошло: погром врачей,
смерть вождя, сомнения, загадки…
Всё больней, печальней, горячей
строки в ученической тетрадке.

Сравниваю строчки и грехи
времени послевоенной рубки.
Вчитываюсь в грустные стихи
девочки в каракулевой шубке.

Там так мало детства у детей
и так много горького в народе.
Оттого в стихах с младых ногтей
след печали, беспричинной вроде.

Оттого способность: быть собой
и не врать. И при любом раскладе
просто так, а не чего-то ради —
откликаться на любую боль.

Читать другие стихи этого автора
Осень
Все в природе строго. Все в природе страстно. Трогай...
Я не здесь
Я не здесь. Я там, где ты… В парках...
Не оглядываюсь в прошлое
Не оглядываюсь в прошлое и не мучаю мечты. Знаю...
Любить Россию нелегко
Любить Россию нелегко, она — в ухабах и...
Талая вода
1 Я остров, я атолл, коралл, и среди бела...
Мальчишки, смотрите
Мальчишки, смотрите, вчерашние девочки, подросточки — бантики, белые маечки...